ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ

Докапиталистический человек - это естественный человек. Человек, который еще не балансирует на голове и не бегает на руках (как это делает экономический человек наших дней), но твердо стоит на земле обеими нога­ми и на них ходит по свету. Найти его хозяйственный образ мыслей поэтому нетрудно: он как бы сам собою вытекает из человеческой при­роды.

Само собою понятно, что в центре всех страданий и всех забот стоит живой человек. Он "мера всех вещей": mensura omnium rerum homo.5 Но этим уже определяется отношение человека к хозяйству: оно служит че­ловеческим целям, как и всякое другое создание рук человеческих (1). Итак, вот ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ основное следствие такого понимания: исходной точкой вся­кой хозяйственной деятельности является потребность человека, его естественная потребность в благах. Сколько благ он потребляет, столько и должно быть произведено; сколько он расходует, столько он и должен заприходовать. Сначала даны расходы, а по ним определяются доходы. Я называю эту форму ведения хозяйства расходным хозяйством.

Самая потребность в благах не зависит от произвола индивидуума, но приняла с течением времени внутри отдельных социальных групп опре­деленную величину и форму, которая теперь уже рассматривается как неизменно данная. Это идея достойного содержания, соответствующего положению в обществе, господствующая над всем докапиталистическим хозяйствованием. То, что жизнь создала путем медленного развития, получает ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ затем от авторитетов права и морали освящение силою прин­ципиального признания и предписания. В системе учения св. Формы Аквинского идея материального содержания, подобающего общественному положению, составляет важную основу: необходимо, чтобы отношения человека к миру внешних благ подчинились какому-нибудь ограниче­нию, какому-нибудь мерилу necesse est quod bonum hominis circa ea (sc. bona exteriora) consistat in quadam mensura. Это мерило и определяет по­добающее общественному положению содержание: prout sunt necessaria ad vitam ejus secundum suam conditionern (2).

Содержание должно соответствовать общественному положению. Зна­чит, оно должно быть различным по величине и по составу для разных сословий. И вот ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ тут резко отличаются друг от друга два слоя, образ жиз­ни которых характерен для докапиталистического быта: господа - и мас­са народная; богачи - и бедняки; сеньоры - и крестьяне; ремесленники -и торговцы; люди, ведущие свободную, независимую жизнь, без хозяй­ственного труда, - и те, кто в поте лица своего зарабатывают хлеб свой, люди хозяйства.

Вести жизнь сеньора значит жить "полной чашей" и давать жить мно­гим; это значит проводить свои дни на войне и на охоте и прожигать ночи в веселом кругу жизнерадостных собутыльников, за игрой в кости или в объятиях красивых женщин. Это значит строить замки и церкви, значит

[12]

показывать блеск и пышность ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ на турнирах или в других торжественных случаях, значит жить в роскоши, насколько позволяют и даже не позво­ляют средства. Расходы постоянно превышают доходы. Тогда нужно позаботиться о том, чтобы соответственно их увеличить: староста должен повысить оброки с крестьян, арендатор должен увеличить арендную пла­ту - или же ищут (как мы еще увидим) средств для покрытия дефицита за пределами круга нормального хозяйственного приобретения благ. Деньги сеньор презирает. Они грязны, так же как грязна и всякая приоб­ретательская деятельность. Деньги существуют для того, чтобы их тра­тить (3): "usus pecunae est in emissione ipsius" (св. Фомы Акв.).



Так жили светские господа, так жили ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ долгие времена и духовные. Точ­ную картину сеньориального образа жизни духовенства во Флоренции в период кватроченто, которую можно считать вполне типичной для все­го образа жизни богатых в докапиталистическое время, набрасывает Л.Б. Альберти в следующих словах: "Священники хотят превзойти всех других в блеске и великолепии, хотят иметь большое число выхолен­ных и разукрашенных лошадей, хотят появляться публично с большой свитой, и со дня на день усиливаются их склонность к безделию и их дерзкая порочность. Несмотря на то что судьба бросает им в руки боль­шие средства, они все же постоянно недовольны, и, живя без всякой заботы ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ о сбережении, без всякой хозяйственности, они помышляют толь­ко о том, как бы удовлетворить свою распаленную алчность. Всегда не­достает доходов, всегда расходы больше их регулярных доходов. Таким образом, они должны стремиться откуда-нибудь еще собрать недоста­ющее" (4) и т.д.

Такая жизнь должна была, в конце концов, повести к экономической гибели, и история учит нас, что значительная часть старых дворянских семей во всех странах погибла от слишком разгульной жизни.

Для подавляющей массы народа и в докапиталистическое время было необходимо, так как она постоянно располагала только ограниченными средствами, приводить в длительно определенное соответствие свои рас­ходы и доходы, потребности ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ и приобретение благ. И здесь также, конеч­но, был налицо тот же самый приоритет потребности, которая, таким об­разом, являлась неизменно установленной обычаем и которую и требо­валось удовлетворить. Это приводило к идее пропитания, придающей свой отпечаток всякому докапиталистическому хозяйственному образо­ванию.

Идея пропитания порождена в лесах Европы начинавшими оседать племенами молодых народов. Это мысль, что каждая крестьянская семья должна получить столько усадебной земли, столько пахотной земли, такую долю общинного выгона и общинного леса, в какой она нуждается для своего пропитания. Этой совокупностью производственных возмож­ностей и средств производства и была древненемецкая гуфа* , которая достигла законченного развития в германском Gewanndorf ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ'e6, но по своей основной идее встречается также и во всех поселениях кельтских

[13]

и славянских народов. Это означает, таким образом, следующее: форма и размер отдельного хозяйства определяются формой и размером потреб­ности, считающейся твердо данной. Вся цель хозяйствования есть удов­летворение этой потребности. Хозяйство подчиняется, как я это назвал, принципу покрытия потребностей.

Из крестьянского круга представлений идея пропитания была потом перенесена на промысловое производство, на торговлю и транспорт и господствовала здесь над умами, пока эти сферы хозяйства были органи­зованы на началах ремесла.

Если хотеть понять основную идею, которой определяются все мышле­ние и воля ремесленника, то нужно представить себе ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ систему ремеслен­ной деятельности как перенесение уклада гуфы на промысловые и ком­мерческие отношения. До отдельных подробностей здесь может быть прослежена аналогия, существующая между крестьянской общиной гуфовладельцев и объединенной в цех корпорацией ремесленников. Обе исходят из данной величины подлежащей удовлетворению потребности и тем самым подлежащей совершению работы, обе ориентируются по точке зрения пропитания. Всегда возвращающаяся основная мысль каждого ис­тинного ремесленника и друга ремесла заключается в следующем: ремес­ло должно прокормить своего работника. Он хочет работать столько, что­бы заработать свое пропитание; он, как те ремесленники в Иене, о кото­рых нам рассказывал Гёте, "большей частью обладает настолько ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ здра­вым смыслом, чтобы не работать во всяком случае больше того, сколько необходимо для зарабатывания на веселое житье". Об этом же говорит так называемая "Реформация Сигизмунда", в классической форме выра­жающая тысячу раз повторявшуюся основную идею всякой ремесленной организации: "Если же вы хотите услышать, что повелевает император­ское право, то наши предки были не дураки - ремесла придуманы для того, чтобы каждый ими зарабатывал свой хлеб насущный, и никто не должен вмешиваться в чужое ремесло; этим свет прогоняет свою нужду, и каждый может прокормиться" (5).

Разумеется, благодаря разнице в лицах и разнице в источниках дохода у крестьянина и ремесленника должно было получиться ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ различное по­нимание существа "пропитания". Крестьянин хочет быть сам себе госпо­дином, сидеть на своем клочке земли и извлекать из нее свое пропита­ние в рамках самодовлеющего хозяйства. Ремесленник зависит от сбыта своих изделий, от оплаты своих услуг: он всегда втянут в организацию междухозяйственного объема. Тем, чем для крестьянина являются доста­точные размеры его владения, для ремесленника представляется дос­таточной размер его сбыта. Но основная идея в обоих случаях остается та же.

Мне возражали, когда я уже раньше развивал подобные мысли, сле­дующее: совершенно неправильно предполагать относительно какого бы то ни было времени, что люди ограничивались тогда только добыванием ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ своего содержания, только получением своего "пропитания", только удовлетворением своей естественной традиционной потребности. Наобо­рот, во все времена "в природе человека" было стремление заработать как можно больше, сделаться как можно богаче. Я оспариваю это и те-

[14]

перь еще так же решительно, как и прежде, и утверждаю ныне определен­нее, чем когда бы то ни было, что хозяйственная жизнь в докапиталис-тическую эпоху действительно находилась под воздействием принципа покрытия потребностей, что крестьянин и ремесленник в своей нормаль­ной хозяйственной деятельности искали себе пропитания и ничего боль­ше. Возражений, направленных против этого моего воззрения, поскольку их вообще пытались обосновать, главным образом ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ выдвигали два, но оба они неосновательны.

1. Отдельные ремесленники всегда стремились выйти за пределы свое­го "пропитания", расширяли свое дело и достигали своей хозяйственной деятельностью прибыли. Это верно. Но это только доказывает, что всегда есть исключения из правил, и эти исключения и здесь подтверждают пра­вило. Пусть читатель вспомнит, что я говорил о понятии "преобладания" определенного духа. Никогда не господствовал только один дух.

2. История европейского средневековья учит нас, что во все времена в широких слоях хозяйствующего населения также господствовала силь­ная жажда денег. И это я признаю. И в дальнейшем ходе изложения я сам буду иметь повод говорить об этой растущей ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ жажде денег. Но я утверж­даю, что она не смогла потрясти ц своих основах дух капиталистической хозяйственной жизни. Наоборот, как раз новым доказательством отвра­щения духа капиталистического хозяйства от всякого стремления к при­были является то, что всякая страсть к наживе, всякая жажда денег стре­мится к своему удовлетворению за пределами процесса производства благ, транспорта благ и даже большей частью и торговли благами. Люди бегут в рудники, копают клады, занимаются алхимией и всякими волшебствами, чтобы добыть деньги, потому, что их нельзя добыть в рам­ках обыденного хозяйствования. Аристотель, который наиболее глубоко познал существо докапиталистического хозяйства, совершенно правиль­но ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ поэтому считает наживу денег за пределами естественной потребнос­ти не принадлежащей к хозяйственной деятельности7. Совершенно так же и богатств, заключающееся в наличных деньгах, не служит хозяйст­венным целям: о необходимом пропитании ведь несут заботуocioV, a он, напротив, способен лишь к внехозяйственному, "безнравственному" употреблению. Всякое хозяйствование имеет меру и границы, а денеж­ная нажива их не имеет (Pol. Lit). 1).

Если теперь спросить, в каком духе, согласно этим руководящим по­ложениям, слагается хозяйствование крестьян и ремесленников, то дос­таточно представить себе, кто были эти хозяйствующие субъекты, кото­рые всякую приходившуюся на них работу, руководящую, организую­щую, плановую и исполнительную, выполняли сами или давали ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ выпол­нять небольшому числу помощников. Это были простые средние люди с сильными стихийными инстинктами, с сильно развитыми склонностями чувства и характера и относительно слабо развитыми интеллектуальны­ми данными. Несовершенство мышления, недостаток умственной энер­гии, недостаток духовной дисциплины встречаются у людей того времени не только в деревне, но и в городах, которые в течение долгих столетий фактически еще являются большими разросшимися деревнями.

[15]

Это были те самые люди, слабо развитую интеллектуальную сторону которых мы наблюдаем и в других культурных областях. Так, Кейтген а одном месте очень тонко замечает о характере правообразования в сред­ние века: "Дело только в недостатке умственной энергии, часто ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ замет­ном в наших старых памятниках права, происшедших от лиц, не привык­ших к интенсивной умственной работе... Стоит только напомнить, какою поражающей неполнотой в отношении различных сторон правопорядка отличаются наши городские Уложения более раннего периода" (6).

Аналогичное этому явление в сфере хозяйства представляет слабо развитый навык к числовому учету, к точному измерению величин, к правильному орудованию цифрами. Это применимо даже в отношении деятельности купца. В действительности вовсе и не стремились быть "точными". Это специфически современное представление, что счета не­обходимо должны "сходиться". Во все предшествующие времена, при новизне числовой оценки вещей и цифрового способа выражения, об­ходились всегда ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ только весьма приблизительным описанием соотно­шения величин. Каждый, имевший дело со средневековыми счетами, знает, что при проверках показываемой ими суммы часто получаются весьма отклоняющиеся друг от друга цифры. Невнимательность и ариф­метические ошибки встречаются сплошь и рядом (7). Перемена цифр в назначенной к примерному счету цене является почти общим правилом (8). Мы должны поэтому представить себе, что людям того времени дер­жать в голове цифры хотя бы короткое время казалось неимоверно труд­ным, как теперь детям.

Весь этот недостаток желания и умения точно обращаться с цифрами находит себе наиболее ясное выражение в средневековой soidisant8 бух­галтерии. Кто перелистает записи какого-нибудь Тельнера, Вика ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ фон Гельдерсена, Виттенборга или Отто Руланда, тот с трудом представит се­бе, что составители их были видными коммерсантами своего времени. Потому что все их счетоводство ни в чем другом не состоит, как только в беспорядочной записи сумм их покупок и продаж, как ее теперь делает всякий мелкий торговец маленького провинциального городка. Это в подлинном смысле только "журналы", "мемориалы", т.е. записные книж­ки, заменяющие узлы на носовых платках у крестьян, едущих на рынок в город. И сверх того, еще полные неточностей. К тому же мягкие и либе­ральные в закреплении сумм долгов и требований. "Также и один ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ парень в перчатках, но я не знаю, сколько он должен", "также есть и еще один, который покупал вместе с вышеуказанными; остался мне тоже должен 19 гульденов чистых".

Этому недостатку счетных навыков соответствует, с другой стороны, чисто качественное отношение хозяйствующих субъектов к миру благ. Производят (если употреблять современную терминологию) еще не мено­вые ценности (определенные чисто количественно), но исключительно потребительные блага, т.е. качественно различаемые вещи.

Труд настоящего крестьянина, так же как и настоящего ремесленника, есть одинокое творчество: в тихой погруженности он отдается своему занятию. Он живет в своем творении, как художник живет в своем, он,

[16]

скорее всего, совсем бы не отдал его ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ на рынок. С горькими слезами на глазах крестьянки выводят из стойла любимую пегашку и уводят ее на бойню; старик-кустарь воюет за свою трубку, которую у него хочет ку­пить торговец. Если же дело доходит до продажи (а это, по крайней мере, при наличности хозяйственной связи обмена должно составлять общее правило), то произведенное благо должно быть достойным своего твор­ца. Крестьянин, так же как и ремесленник, стоит за своим произведе­нием; он ручается за него честью художника. Этим объясняется, напри­мер, глубокое отвращение всякого ремесленника не только к фальсифи­катам или хотя бы суррогатам, но даже и к ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ массовой выделке.

В столь же малой степени, как и умственная энергия, развита у дока­питалистического экономического человека и энергия волевая. Это вы­ражается в медленном темпе хозяйственной деятельности. Прежде всего и главным образом люди стремятся держаться как можно дальше от нее. Когда только можно "прогулять" день — его "прогуливают". Люди от­носятся к хозяйственной деятельности примерно так же, как ребенок к учению в школе, которому он, конечно, не подчиняется, если его не зас­тавят. Нет ни следа любви к хозяйству или к хозяйственному труду. Это основное настроение мы без дальнейших доказательств можем вывести из известного факта, что во все ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ докапиталистическое время число празд­ников в году было громадным. Любопытный обзор многочисленности праздников в баварском горном деле еще в течение XVI столетия дает Н. Peetz (9). По его данным, в различных случаях было:

Из дней ... ... 203 рабочих дня
² ² ... 99 ² ²
² ² ...193 ² ²
² ² ... 260 ² ²
² ² ... 263 ² ²

И в самой работе не торопятся. Нет совсем никакого интереса в том, чтобы что-нибудь было сделано в очень короткое время или чтобы в те­чение определенного времени было изготовлено очень много предме­тов. Продолжительность производственного периода определяется дву­мя моментами: требованиями, которые ставит делу хорошее и солидное исполнение, и естественными потребностями самого работающего чело­века. Производство благ есть осуществление деятельности живых людей ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ, которые "вкладывают свою душу" в свое творение; эта деятельность поэтому в такой же степени следует законам плоти и крови этих индиви­дуальностей, как процесс роста дерева или половой акт животного полу­чают направление, цель и меру соответственно внутренним необходи­мостям, управляющим этими живыми существами.

Совершенно так же, как и относительно темпа работы, только челове­ческая природа с ее требованиями имеет определяющее значение в смыс­ле объединения отдельных функций работы в единую профессию: rnensura omnium rerum homo справедливо и здесь.

Этому в высокой степени личному характеру хозяйствования соответ­ствует и его эмпиризм, или, как это называют с давних пор, его традицио­нализм ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ. Хозяйствуют эмпирически, традиционно; это значит: так, как

[17]

переняли от отцов, так, как этому научились с детства, как привыкли. При принятии решения о том, прибегнуть ли к известной мере, к извест­ному действию, смотрят прежде всего не вперед, не на цель, спрашивают не исключительно о целесообразности этого мероприятия, но оборачи­ваются назад и смотрят на примеры прошлого, на образцы, на опыт.

Мы должны ясно представлять себе, что это традиционное поведение есть поведение всех вообще естественных людей и что оно вполне гос­подствовало во всех областях культуры в прежние времена истории че­ловечества - по причинам, которые надлежит искать в ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ самой природе человеческой и которые все в конечном счете коренятся в сильном стремлении человеческой души к постоянству.

С нашего рождения, а может быть и ранее, окружающая среда, являю­щаяся для нас естественным авторитетом, втискивает нас в определен­ную колею нашего умения и хотения: все сообщения, поучения, поступ­ки, чувства, воззрения родителей и учителей сначала принимаются нами без дальнейших рассуждений. "Чем менее развит человек, тем сильнее подпадает он под эту власть примера, традиции, авторитета и внушения" (10).

К этой силе предания присоединяется в дальнейшем ходе человечес­кой жизни вторая, такая же могучая, сила привычки, которая заставляет человека всегда скорее сделать то, что он ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ уже раньше делал и что он поэтому "умеет" делать, и которая, таким образом, также удерживает его на пути, по которому он уже ранее двигался.

Очень тонко определяет Теннис (II) привычку - как желание или страсть, возникшие на почве опыта. Первоначально безразличные или неприятные представления путем ассоциации или смешения с перво­начально приятными делаются сами приятными, пока наконец не входят в циркуляцию жизни и как бы в саму кровь. Опыт есть упражнение, а уп­ражнение здесь является творческой деятельностью. Упражнение, вна­чале трудное, становится легким путем многократного повторения, де­лает неуверенные и неопределенные движения уверенными и опреде­ленными, развивает ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ особые органы и запасы сил. А этим деятельный че­ловек все снова и снова побуждается повторять ставшие для него легки­ми действия, т.е. оставаться при раз заученном и равнодушно, более то­го, враждебно относиться к новшествам, коротко говоря, он становится традиционалистом.

Сюда присоединяется еще один момент, на который справедливо ука­зывает Фиркандт, - единичная личность как член группы в стремлении показать себя достойным ее членом, особенно культивирует те культур­ные ценности, которые характерны для данной группы. Это опять-таки имеет последствием то, что единичная личность принципиально не устрем­ляется к новому, но скорее стремится довести до совершенства старое.

Так, естественный ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ человек действием многообразных сил как бы вдвигается в колею существующей культуры, и этим оказывается вли­яние в определенном направлении на всю его душевную структуру. "Способность к спонтанности, к инициативе, к самостоятельности, ко­торая и без того незначительна, еще более ослабляется, согласно общему

[18]

положению, что задатки могут развиваться только в меру их продолжа­ющегося применения и за отсутствием такового погибают" (12).

Все эти отдельные черты докапиталистической хозяйственной жизни, так же как и докапиталистической культурной жизни вообще, находят свое внутреннее единство в основной идее жизни, покоящейся на пос­тоянстве и действовании всего живого в пространственной смежности. Высший идеал того времени, освещающий чудесную систему св. Фомы ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ, в своем последнем завершении - это покоящаяся в себе и из зерна своего существа восходящая к совершенству отдельная душа. К этому идеалу приспособлены все жизненные требования и все жизненные формы. Ему соответствует твердое разделение людей на профессии и сословия, рас­сматриваемые как равноценные в их общих отношениях к целому и предостовляющие отдельному лицу те твердые форму, внутри которых оно может развить свое индивидуальное существование до совершенства. Этому же идеалу соответствуют руководящие идеи, которым подчинена хозяйственная жизнь: принцип покрытия потребностей и принцип тради­ционности, которые оба суть принципы постоянства. Основная черта до­капиталистической жизни есть черта уверенного покоя ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ, свойственная всякой органической жизни. И надо теперь показать, как этот покой превращается в беспокойство, как общество из принципиально статичес­кого развивается в принципиально динамическое.

Дух, который производит это превращение, который обращает старый мир в развалины, есть дух капиталистический, как мы его называем по хозяйственной системе, в которой он обитает. Это дух наших дней. Тот самый, который одушевляет каждого американского "человека доллара" и каждого летчика, тот дух, который господствует над всем нашим су­ществом и управляет судьбами мира. Задача настоящей работы: просле­дить капиталистический дух в течение всего хода его развития, от его самых первоначальный зачатков до настоящего времени, а также просле ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ­дить его развитие в будущем. Мы сделаем попытку разрешить эту задачу в двойном смысле — тем, что мы прежде всего исследуем возникнове­ние капиталистического духа в истории человечества. Этому посвящена первая часть нашего труда. При этом мы обнаружим отдельные состав­ные элементы, из которых сросся воедино капиталистический дух, мы проследим в их постепенном развитии два, сначала каждый в отдель­ности: предпринимательский дух и мещанский дух, которые, только объединившись, образуют капиталистический дух. Оба эти составных элемента сами по себе сложной природы: предпринимательский дух это синтез жажды денег, страсти к приключениям, изобретательности и мно­гого другого; мещанский дух состоит из склонности ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ к счету и осмотри­тельности, из благоразумия и хозяйственности.

(В пестрой ткани капиталистического духа мещанский дух состав­ляет хлопчатобумажный уток, а предпринимательский дух есть шелко­вая основа.)

[19]

Вторая книга этого труда должна затем в систематической форме выяснить принципы и условия, которым капиталистический дух обязан своим возникновением и своим развитием. В то время как первая книга показывает, как все происходило, вторая книга должна будет выяснить, почему все должно было происходить так, а не иначе.

Я намеренно не ставлю в начале моего исследования точного опреде­ления и анализа понятия того, что мы должны понимать под "капита­листическим духом" или его ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ носителем - "буржуа"; это дало бы повод к томительным повторениям. Напротив, я исхожу из очень неясного представления, каким каждый обладает об этих вещах, прослеживаю затем генезис отдельных составных частей этого "капиталистического духа" и соединяю найденные путем исторического анализа элементы в единую картину - в отделе четвертом, - где таким образом только и дается полное определение понятия. Я надеюсь, что этот несколько рис­кованный метод выкажет себя плодотворным и надежным.

Книга первая


documentawcpozx.html
documentawcpwkf.html
documentawcqdun.html
documentawcqlev.html
documentawcqspd.html
Документ ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛЕЙ